1. Звезда

Зеленый Союз, островное Неприсоединившееся государство. Один год назад.

...и много других древних звезд собрала она вместе и поместила в виде знаков в небесах Арды: Вилварин, Телумендил, Соронумэ и Анаррима, и Менельмакар с его сияющим поясом, предвещающий Последнюю Битву на исходе дней.

Дж. Р. Р. Толкиен. «Силмариллион»


Короткие тропические сумерки быстро сменились бархатной темнотой ночи. Воздух был кристально чист, Луна должна была взойти лишь через пару часов, в маленьком городке не было сколь-нибудь сильных искусственных источников света – пресловутого «светового загрязнения», столь свойственного мегаполисам, – и сверкающие россыпи звезд вместе с туманной полосой Млечного пути предстали во всем своем великолепии.

Роберт любил смотреть на ночное небо. В самом этом факте не было ничего необычного – большинство обитателей Союза время от времени с удовольствием смотрели на звезды, большую часть дней в году прекрасно видимые сквозь безоблачное небо. Разница была в мыслях, порождаемых этим зрелищем. Сегодня на Роберта снова нахлынула тихая печаль, и он, отложив книгу и захватив с собой старый бинокль, вышел в сад и устроился в плетеном кресле, сидя в котором так удобно наблюдать за небесами.

Он родился в Зеленом Союзе, в Грин Хиллс, одном из небольших городков (а больших в Союзе и не было), уютно расположившемся на берегу океана, в окружении садов и рощ, полей и невысоких зеленых холмов, давших городу название2.

Зеленый Союз располагался на острове и был довольно-таки свободным объединением подобных Грин Хиллс небольших поселений, пытавшихся быть как можно более самодостаточными. Обитатели острова изо всех сил старались существовать в гармонии с природой, по крайнем мере, в таком согласии, каким они его себе представляли – именно для этой цели незадолго до войны и был создан Зеленый Союз.

Электрическая энергия – от ветротурбин и приливных генераторов, биотопливо – из сельскохозяйственных культур – для тех немногих машин, которые имели двигатели внутреннего сгорания (никаких видов ископаемого топлива, хотя на острове его все равно не было) – обитатели использовали исключительно «чистые», возобновляемые источники. Сельское хозяйство – без искусственных удобрений и генной инженерии, все постройки – исключительно из натуральных материалов, что означало неизбежное использование древесины, периодически приводившее к дебатам в Совете по поводу допустимости массовой рубки деревьев.

На фоне идей, широко распространявшихся на Земле в начале XXI века, все это не выглядело особенно необычным, и сам Роберт не имел ничего против одно- и двухэтажных домиков, в основном из дерева и небольшого количества кирпича, утопающих в зелени садов. Экономия энергии возмущала его лишь в том случае, когда из-за нехватки мощности во вечерам отключали электричество, но такое случалось редко. К тому же заряда батарей в устройстве для чтения книг хватало очень надолго. И ни сам Роберт, ни кто-либо другой в Союзе, насколько ему было известно, не жаловались на загрязнение воздуха, потому что загрязнять его было просто нечем, и ничто не препятствовало ночному созерцанию небес.

Гораздо более интересным для таких редких, но иногда встречающихся беспокойных умов, как Роберт, было тотальное бегство от высоких технологий. Минимум сложных машин, полное отсутствие робототехники, минимум компьютеров, вычислительные мощности которых к тому же были довольно сильно ограничены – все это выглядело странно и даже в какой-то степени архаично. Конечно, одной из причин было отсутствие необходимых оборудования и технологий – в Союзе не было даже фабрик для производства кремниевых микросхем, не говоря уже о манипуляциях с отдельными молекулами.

Электронные устройства для чтения книг были одним из исключений, разрешенных к использованию всеми и повсюду. Все книги были электронными – они широко распространились еще в первой четверти XXI века, и к тому же Союз при всем желании не смог бы транспортировать на остров столько бумажных изданий, а печать такого количества текстов в самом Союзе явно была бы куда большим преступлением против природы, чем небольшая уступка высоким технологиям. Роберт очень гордился своим устройством для чтения, которое родители подарили ему на день рожденья. Оно было необычайно легкое и прочное, величиной с тонкую книгу среднего формата, очень удобное и, несомненно, сделанное за пределами Союза – технологий такого уровня на острове просто не существовало.

Следует сказать, что, и родители Роберта, и учителя в школе, и, наконец, члены совета Союза в той или иной степени считали стремление к природе благом. На уроках ограничение технического прогресса и частичный возврат в прошлое представлялись как важнейшая цель создания Зеленого Союза, которая теперь была наконец достигнута. Цена, заплаченная за движение к этой цели, устраивала подавляющее большинство, которое ее и не замечало вовсе – но не Роберта. Ограничения, наложенные на одно направление технического прогресса, неизбежно отражаются на других областях, начиная с таких, казалось бы, далеких от интересов обычных людей астрономии и ядерной физики и заканчивая гораздо более насущными метеорологией и медициной.

Как ни странно, метеорология Союза, похоже, не слишком страдала от нехватки высоких технологий. Большую часть времени жители вообще не слишком задумывались о погоде, – жизнь в Союзе, располагавшемся на тропическом острове, казалась воплощением мечты о рае, – солнце щедро освещало зеленые сады, и поля, и песчаные пляжи, теплые тропические ливни поливали растения и не слишком досаждали людям. Правда, здесь бывали и тайфуны – но вот о них предупреждение всегда поступало вовремя, так что поводов для критики местной службы прогнозов погоды почти не возникало, хотя мало кто знал, каким образом метеорологи умудрялись предсказывать приближение ураганов с такой точностью.

Причин для возмущения состоянием медицины было несколько больше, и особенно у Роберта. Боли в левой стороне груди начали появляться еще в детстве, сначала очень редкие и слабые, потом более частые и неприятные. Врачи Союза затруднялись поставить точный диагноз, лекарственные препараты (разумеется, только из натуральных ингредиентов) помогали, но лишь на время. Болезнь прогрессировала медленно, иногда, казалось, вовсе отступала назад, но тревога из-за возможности внезапного сердечного приступа стала постоянным спутником Роберта.

Желание проводить свободное время в уединении появилось у него давно. Книги стали любимыми спутниками Роберта, и воображение уносило его в обширные миры, неизмеримо более огромные, чем остров Союза, полные приключений и открытий, захватывающие и куда более яркие, чем жизнь в маленьком тихом городке. Почти все книги, которые он читал, были написаны до войны, нередко еще в XX веке. Герои романов были умны, отважны и благородны, но всех их объединяла еще одна черта – Роберт отчетливо осознавал, что он не похож ни на одного из них...

Его ум занимали не только фантастические романы, но и книги, посвященные популярному изложению естественных наук и истории. Объем знаний, накопленный человечеством, и то понимание окружающего мира во всей его восхитительной сложности и неизмеримом многообразии, – от субатомных частиц до просторов Галактики и Вселенной за ее пределами, которое давало это знание, часто поражали Роберта не меньше, чем приключения любимых персонажей. И он никогда не мог понять, почему Союз отказался от дальнейшего проникновения в тайны природы.

Практически все факты, изложенные в научно-популярных книгах и учебниках, распространенных в Союзе, были известные еще в XX веке, о научном прогрессе в веке XXI говорилось немного. О некоторых темах, таких как робототехника, ядерная энергия и генная инженерия, авторы общедоступных книг, по-видимому, и вовсе предпочитали молчать. И здесь Роберту неожиданно повезло.

Вторым хобби Роберта, гораздо более необычным, чем чтение, был интерес к компьютерам. Использование компьютеров в Союзе, даже с учетом их наличия в каждой школе и существования домашних компьютеров, было весьма ограничено. Имелись электронные средства связи и даже охватывавшая весь остров компьютерная сеть, но, кроме немногочисленного обслуживающего персонала, мало кто интересовался работой все этой техники и уж, тем более, очень немногие разбирались в принципах ее функционирования – и Роберт принадлежал к этим немногим.

Подаренное ему устройство для чтения книг, кроме приятного внешнего вида и удобства, обладало значительной вычислительной мощностью и очень большим объемом памяти, так что Роберт был просто обязан исследовать все его возможности. Он уже успел изучить машину вдоль и поперек, записать на нее множество любимых романов и занимательных рассказов о науке, когда, в очередной раз копаясь в настройках, он обнаружил пункт, которого – он мог поклясться в этом – раньше не было: «Подключение дополнительных изданий». Сначала Роберт решил, что это результат записи новых школьных учебников, но учебный год начался давно. Последний раз новые учебные материалы загружались три месяца назад, да и выглядело это совсем по-другому...

Вдохнув поглубже, Роберт выбрал новый пункт. В конце концов, если что-то из записанного потеряется, придется всего лишь снова подключиться к серверу библиотеки, подумал он. «При подключении дополнительных изданий будут сделаны доступными дополнительные материалы по интересующей Вас тематике. Продолжить?» – гласила надпись на экране. И надпись не обманула. После активации в устройстве появились новые книги, причем именно в тех разделах, которые чаще всего интересовали Роберта. И это были в основном те самые области технологии, что хуже всего описывались в учебниках Союза...

История стояла особняком. Рассказы о древних цивилизациях и средневековых королевствах были интересны, сведения о временах промышленной революции точны, хотя и дополнены обычными для Союза комментариями о безжалостном и безответственном отношении к природе. Но чем больше приближалась стрела времени к моменту создания Союза, тем больше появлялось пробелов и неясностей, некоторые из которых казались Роберту возникшими не из-за недостатка информации, но ... из-за желания скрыть таковую.

Об объединении радикальных «зеленых», организовавших создание Союза, по понятным и естественным причинам рассказывалось больше всего. Упоминалось даже то, что, по иронии, именно наличие технологий, доступных развитым странам, и обещание помощи, в том числе в сферах образования и медицины, правительству одной из стран так называемого «третьего мира» позволило Зеленому Союзу заполучить малонаселенный тропический остров.

Но Роберта гораздо больше интересовали рассказы о противниках «зеленых», точнее об одном из них, самом важном, но упоминаемом реже всех. Нет, это были не транснациональные корпорации, правительства и президенты, одержимые безудержной жаждой богатства и власти – они были врагами, о которых говорилось много и подробно. Эти общие враги время от времени заставляли Зеленый Союз вступать в альянс с другими силами, которые, тем не менее, очень отличались от Союза в своих взглядах на методы борьбы и на конечный результат и потому были лишь временными союзниками, сведенными вместе древним принципом «враг моего врага – мой друг».

Среди этих то союзников, то противников было нечто призрачное и таинственное, скрытое под бушующими волнами раздираемого противоречиями человеческого общества, нечто, о чем историки Союза предпочитали писать как можно меньше, а название его не упоминать вовсе. Но тайны всегда притягивают пытливые умы...

Не такой, как другие. Его интересы слишком отличались от того, что занимало умы его ровесников, его посещали странные идеи, его занимали необычные проблемы. Позже, когда Роберт открыл неожиданную и, похоже, никем не предусмотренную, кладезь знаний в своем устройстве для чтения электронных книг – источник неиссякаемый, который, подобно рогу изобилия, продолжал время от времени пополняться, – он обнаружил, что таких, как он, в довоенном обществе было пусть и немного, но достаточно, чтобы о них говорили. Для них придумали специальный термин, «нерд»3, над ними смеялись и предпочитали держать в социальной изоляции, но иногда их опасались, ведь знания наделяют определенной силой.

Роберт неплохо учился в школе, хотя зачастую на уроках ему было откровенно скучно, а некоторые занятия, слабо связанные с умственной деятельностью, он просто не выносил. Роберт, будучи довольно хорошо сложенным, широкоплечим и стройным юношей, немногим выше среднего роста, никогда не любил подвижные и, как ему часто казалось, грубые игры своих сверстников, и болезнь часто была предлогом, пусть и совершенно подобающим, чтобы не участвовать в них. Он так и не обзавелся друзьями, что было необычно для образа жизни, типичного для Союза. Став взрослее, Роберт продолжал оставаться одиночкой, даже тогда, когда молодые люди его возраста начали проводить время в компании девушек – почему-то никто не обращал внимания на тихого, застенчивого юношу, который постоянно был погружен в свои мысли. Это было необычно, в особенности для Зеленого Союза, жители которого кроме своих «зеленых» достижений гордились еще и тем, что их общество было менее атомизированным, чем страны «первого мира» в довоенную эпоху. Не такой, как другие, чужой в маленьком мирке, который задумывался его создателями как лучшее место на Земле.

Время от времени, когда он был один, волны печали захлестывали его, и тогда он с головой уходил в книги или отправлялся смотреть на звездное небо и размышлять, как сегодня. Теперь он знал, что его судьба не уникальна, что на свете жили другие, похожие на него, которые также тосковали и уходили в мечты, единственное место, где можно спрятаться. Но что случилось потом, после того, как Зеленый Союз бежал на остров, спасаясь от войны? Такие, как Роберт, обладали знаниями, способными изменить многое, и иногда у него появлялось смутное ощущение, что их судьбы как-то связаны с тайной – тайной, лежавшей за пределами острова, тайной, имя который предпочитали не упоминать.

Откинувшись на спинку кресла, Роберт смотрел на знакомые созвездия, сверкающие в ночном небе, и постепенно взгляд его скользил на запад, к той точке небосвода, к которой он обращался, наверное, чаще всего.

В ясную ночь, под чистым безоблачным небом, вдали от городов с их освещением и зданиями, закрывающими горизонт, обладая острым зрением, невооруженным глазом можно увидеть около двух с половиной тысяч звезд. Все они выглядят перемещающимися по ночному небу из-за вращения Земли, все они движутся по небу вместе, и самые яркие из звезд образуют рисунок созвездий, многие из которых хорошо известны людям еще с глубокой древности. Звезды так далеки, что картина небес почти не изменилась за тысячелетия, слишком мал путь, пройденный Солнечной системой в пространстве за это время по сравнению с расстояниями до звезд, и рисунок выглядел бы точно так же, если бы Роберт смотрел на небо с поверхности Луны.

Конечно, не все сверкающие в черноте ночного неба точки – настоящие звезды. Среди них есть планеты, получившие свое имя от греческого слова, обозначающего «странник», которые, оправдывая свое имя, действительно блуждают по небу, перемещаясь относительно звезд. Без бинокля или телескопа можно увидеть лишь пять планет и все они известны людям со времен античности. Роберт хорошо представлял, где их можно обнаружить в ближайшие ночи, и мог даже увидеть в бинокль четыре галилеевых спутника Юпитера – Ио, Европу, Ганимед и Каллисто, открытые знаменитым ученым в начале XVII века.

В небе есть и другие объекты, видимые невооруженным глазом. Падающие звезды – метеориты – можно часто видеть в августе и декабре, когда Земля проходит сквозь метеорные потоки Персеид и Геминид, но каждый из метеоров сверкает в небе лишь доли секунды. Можно увидеть пару галактик и несколько звездных кластеров, но они движутся вместе с созвездиями. Часто в небе появлялась быстро движущаяся светлая точка, и Роберт знал, что это очередной искусственный спутник. Раньше он думал, что все они – мертвые куски металла, остатки орбитальных группировок, не успевшие еще потерять орбиту и сгореть в атмосфере со времен войны, но теперь он знал, что есть и новые. Конечно, Зеленый Союз не обладал возможностями для вывода спутников на орбиту, но Союз был лишь небольшим островом на огромной планете... Жители Земли продолжали преодолевать земное притяжение, по крайней мере, они – живущие за пределами острова.

Все звезды на небе, будь они настоящими звездами, планетами, объектами глубокого космоса (термин, используемый астрономами-любителями для обозначения, главным образом, слабых астрономических объектов за пределами Солнечной системы, таких как звездные скопления, туманности и галактики), метеорами или искусственными спутниками Земли, двигались по небу из-за вращения Земли вокруг своей оси и вокруг Солнца – факт, совершенно очевидный для Роберта.

Все, кроме одной.

Он смотрел на эту звезду зимой и летом, которые в тропиках, впрочем, мало походили на привычные времена года в умеренном климате. Поздним вечером, когда короткие тропические сумерки быстро превращались в ночь, она всегда загоралась в одном и том же месте на небесах, а в начале утра, когда первые лучи Солнца появлялись из-за горизонта, она исчезала все там же, никуда не сдвинувшись за ночь.

Эта неподвижная звезда давно привлекала внимание Роберта, но лишь когда он стал старше и начал серьезно изучать физику и астрономию, он смог приблизиться к разгадке тайны, и в то же время понять, насколько она невероятна. Книги давали единственно возможный ответ – это не звезда и не планета, это спутник Земли, разумеется, искусственный, находящийся на геостационарной орбите – круговой орбите, лежащей в плоскости земного экватора, на которой период обращения спутника совпадает с периодом вращения Земли и поэтому спутник в небе выглядит неподвижным.

Такое умозаключение делало загадку не менее, а только более интригующей. Геостационарная орбита проходит на высоте 35786 километров над уровнем моря. Почему этот спутник вообще видно на таком чудовищном, более чем впятеро большем радиуса Земли, расстоянии? В том, что можно заметить спутники, летящие по низким орбитам, нет ничего странного, они вращаются вокруг Земли на расстояниях в сотни километров, но этот...

Роберт принялся за расчеты. Звездные величины, абсолютные звездные величины, таблицы данных по астероидам и старым космическим станциям – к счастью, в устройстве для чтения книг можно было раскопать все, что требовалось. Неподвижная звезда, как мысленно именовал ее Роберт, была немного ярче Юпитера и Марса и, если на небе не было видно Венеры, она появлялась на закате первой и исчезала на восходе последней, что позволяло грубо оценить ее звездную величину.

Для того, чтобы выглядеть такой яркой с такого расстояния, конструкция на орбите должна была иметь размер в десяток километров, если не больше. Масштабы поражали воображение... Там, в космосе, находился целый город, больший, чем городки Зеленого Союза! Кто и зачем его выстроил? Едва Роберт задал себе этот вопрос, он почувствовал, что есть только один правдоподобный ответ на первую часть этого вопроса – они! Они – те, кто властвовал на Земле после войны, потому что никому больше не под силу сотворить подобное, потому что никто, кроме них, не мечтает о полетах в космос и о городах на орбите, и уж, тем более, не воплощает эти мечты в реальность.

– Мысленная поправка, – подумал Роберт, – о полетах в космос и городах на других планетах мечтаю я, и о других странных вещах тоже. Странных в том смысле, что парни из моего класса посчитали бы, что я свихнулся, расскажи я им об этом. Впрочем, они, вероятно, и так считают, что я ненормальный. Более того, меня это уже не слишком волнует. Меня больше волнует то, что означает такое вот совпадение интересов, моих и их. И было бы странно думать, что я такой один.

Поиски более подробных сведений о станции на геостационарной орбите он тогда отложил. В школе начиналась пора контрольных работ сразу по нескольким предметам и к ним нужно было хотя бы немного подготовиться...

Но учебный год закончился, и вот, когда на Роберта в очередной раз нахлынуло ощущение тихой печали, когда ему хотелось лишь сидеть в тишине заросшего сада и разглядывать ночное небо, теплым вечером он снова сидел в кресле в саду и смотрел на Млечный путь, на созвездия, на пролетающие иногда спутники и, конечно, на неподвижную звезду. Его сверстники устроили вечеринку и, наверное, сейчас как раз и веселились, но никто не пригласил Роберта. Впрочем, он очень удивился бы, если кто-нибудь попробовал бы это сделать. Другие интересы, другие характеры, другие возможности. Не такой, как другие... «И я не хочу быть такими, как другие», – подумал он, взял в руки старый бинокль и направил его на орбитальную станцию.

Увеличение бинокля было явно недостаточным, чтобы хоть сколько-нибудь ясно различить форму станции, и наблюдение обычно не давало ничего нового. Но в это раз Роберт увидел то, что потрясло его не меньше, чем открытие, сделанное им относительно природы и размеров станции. Ему вдруг показалось, что звезда-станция засияла чуть ярче обычного, ярче, чем за секунду до этого. Он стал пристально наблюдать и через несколько секунд увидел, что яркое пятнышко словно бы разделяется надвое. Нет, станция, как ей и положено, осталась на месте – но от нее отделилась другая, слабая, заметная только в бинокль, точка и поплыла по небосводу. Сомнений быть не могло – Роберт увидел космический корабль, отошедший от станции и отправившийся в путь. Они не только запускали спутники и строили огромные космические станции, они странствовали в космосе, вероятно, исследуя другие планеты. Роберт поймал себя на мысли, что понятия не имеет, что сейчас происходит на Луне или Марсе. Если верить слухам, их технологии были вполне способны на колонизацию других миров...

Он все чаще задумывался о своем будущем. Через год учеба в школе закончится и нужно будет думать о поступлении в университет. В Союзе он всего один, больше для небольшого острова и не требуется. Но в этом университете не учат тому, что его интересует... А сердце болит все чаще, и врачи Союза бессильны, но за пределами острова должны быть медики, способные помочь. Идея о путешествии за пределы Союза приходила в голову Роберту не первый раз, и не только ему самому – родители Роберта уже говорили ему, что идея относительно учебы и лечения за пределами Зеленого Союза может оказаться совсем неплохой. И теперь эта идея превратилась в решимость, в твердое желание узнать, что находится за пределами Союза и что происходит там.

Но была одна проблема – похоже, никто на острове (или, по крайней мере, никто из тех, кого знала семья Роберта) не знал точно, как выбраться из самоизоляции, на которую общество Союза добровольно обрекло себя. И тогда Роберту пришла в голову мысль, выглядевшая поначалу абсурдной, но потом все более и более привлекательной. Если его устройство чтения книг может извлекать все новые и новые сокровища знаний словно бы ниоткуда, почему бы не попытаться раздобыть в нем информацию о том, как выбраться с острова?

Он встал с кресла, прошел из сада в свою комнату, взял со стола тонкую, похожую на небольшую папку машину и вернулся в уютное кресло среди деревьев. Луна поднялась над горизонтом, почти полная и очень яркая, так что можно было видеть черные тени, отбрасываемые деревьями. Подсветка экрана была вполне комфортной для чтения при таком освещении. Роберт вошел в меню расширенного поиска и задал устройству волновавший его вопрос. И машина ответила.

Это был не обычный ответ в виде списка литературы с аннотациями, которые обычно выдавала поисковая система в ответ на запрос. Это была страница с инструкциями, страница в компьютерной сети, совершенно непохожей на островную сеть Союза, страница, в уголке которой притаился логотип в форме двойной спирали Галактики и красной пятиконечной звезды над ней – символов, которые приводили тех, кто видел их (а таких в Союзе можно было пересчитать по пальцам), либо в восторг, либо в ужас.

Роберт никогда не слышал, чтобы кто-то мог попасть в их сеть, тем более используя устройство для чтения книг, которое не имело даже связи с сетью Союза. Каким образом?! – эта мысль настойчиво повторялась в его голове. Потом вдруг возникла другая: – А не опасно ли это? Вдруг кому-то это не понравится...

Ответ на второй вопрос был в самом начале страницы. – Если вы попали сюда один раз, вы всегда сможете вернуться. Это соединение невозможно отследить, кроме как стоя у вас за спиной и видя на экране то же, что видите вы, и его невозможно нарушить извне. – И дальше: – Не волнуйтесь, не беспокойтесь и не спешите. Мы знаем.

Это было слишком неожиданно и это нужно было обдумать, он верил в успех, но не мог даже представить, каким он будет. Он просмотрел страницу еще раз и решил, что спешить действительно не стоит. Он вернется...

Желание раскрыть тайну станции – Неподвижной звезды – возвратилось. Если устройство в его руках способно проникать в сеть за пределами острова, поиск информации о станции должен быть для него простой задачей. И действительно, он сразу же нашел книгу, которая рассказывала о лестнице в небеса.

Там говорилось о космическом лифте, давней мечте человечества, наконец осуществившейся незадолго до войны. И в конце была история – нет, не о том, как капитаны отправлялись в путешествие к другим планетам. Это была история о корабле, который два десятилетия назад отчалил от этой пристани, отчалил в тот самый день, дату которого Роберт, как и все школьники Союза, знал наизусть.