Романтическая интерлюдия

Может быть, или Драконы, которых не бывает

Тут-то гениальный Цереброн, атаковав проблему методами точных наук, установил, что имеется три типа драконов, нулевые, мнимые и отрицательные. Все они, как было сказано, не существуют, однако каждый тип – на свой особый манер.

С. Лем. «Кибериада. Путешествие третье или Вероятностные драконы»


Стояла холодная, как и всегда в этих краях, осень. Свинцово-серое небо, затянутое сплошной пеленой низких облаков, было настолько темным, что, казалось, рассвет так и не наступил. Пронизывающий ветер за окном кружил опавшие листья и раскачивал голые ветви деревьев. Моросил мелкий, нудный дождь, капли которого стекали по оконным стеклам.

Роберт, проснувшийся, как обычно, поздно (наконец-то не нужно никуда ходить по утрам!) встал, умылся, почистил зубы и взглянул на себя в зеркало. Душераздирающее зрелище, подумал он, подобно ослику Иа-Иа, посмотревшему на свое отражение в ручье. Пойти, что ли, вечером в спортзал? Но там смеяться будут ... может быть. Автоматизированные системы медицинского контроля настоятельно рекомендовали Роберту больше двигаться и заняться каким-нибудь видом физической активности, но их можно было игнорировать (Роберт был в этом не одинок), благо медицинских нанороботов было достаточно для поддержки минимальной физической формы. К тому же Роберт привык ссылаться на свою болезнь. Тем временем автоматическая кухня уже работала и по квартире разнесся восхитительный запах свежесваренного кофе и гренок.

После завтрака Роберт просмотрел почту (письмо было одно, от родителей) и новые сообщения в университетском клубе. Мрак безысходности, господствовавший в разделе, посвященном личным отношениям, сгустился еще больше и, похоже, достиг сезонного максимума. Роберт закрыл страницу и решил перейти к учебе.

Сегодня по расписанию была лекция по курсу алгоритмизации. Как и многим из студентов, научившимся программировать еще в школе, вводная часть далась Роберту довольно легко, и, просматривая материалы курса, он сейчас заглядывал вперед, в конец семестра, рассчитывая найти какую-нибудь интересную задачку, в которую можно было бы как следует вцепиться – так, чтобы изгнать из головы лезшие туда неприятные мысли – мысли о том, что он не такой, как другие. Нет, здесь, разумеется, никто не мог даже подумать о том, чтобы посмеяться над «ботаником», слишком погруженным в серьезные занятия – здесь такими были практически все, и это считалось нормой. Это были мысли о Стене.

Стена окружала Роберта всегда, делая мир, в котором он жил, изолированным от того, что происходило снаружи, и иногда до неузнаваемости искажая видение того, что случалось за ее пределами. Ее было невозможно потрогать или увидеть, ее даже было очень сложно описать – но она была, непреодолимая и несокрушимая, словно бункеры, строившиеся во времена Холодной войны на случай ее перехода в горячую фазу. Иногда Роберт мог видеть то, что происходило за Стеной, но в этом было мало смысла – между миром внутри и миром вне Стены не было никакого соответствия, то, что сплошь и рядом случалось за пределами Стены, внутри оказывалось просто невозможным. И не было на свете силы, которая могла оставить хоть царапину на Стене, не говоря уже о том, чтобы разрушить ее.

Конечно, после того, как Роберт проснулся в больнице Виктории, ему всегда и везде помогал Протокол – как и множеству других людей, испытывающих сложности с социализацией, включая и некоторых из его авторов. Протокол был всесторонним, подробнейшим руководством по тому, как рекомендуется вести себя в различных ситуациях – рабочих и тех, которые раньше именовали «деловыми», на различных официальных мероприятиях и даже при поездках на Ассоциированные территории и в Неприсоединившиеся страны. Он рассказывал и о том, как представляться незнакомым людям, и как одеваться в разных ситуациях и в различных секторах, но после того, как отношения между людьми доходили до состояния, которое можно было бы назвать дружеским, Протокол обрывался. И он всегда оставался только рекомендацией – за нарушение Протокола никто не наказывал, его лишь могли посчитать дурным тоном.

Разумеется, студентам была в изобилии доступна литература по всем аспектам межличностных отношений, но книги или были посвящены общим психологическим вопросам, и из них Роберту трудно было понять, как действовать в конкретных случаях (а если и можно было понять, то действовать у него все равно не хватило бы духу), или вообще рассказывали об отношениях, которые для Роберта были совершенно недосягаемыми. Как Луна, говорили в Зеленом Союзе, но Луна сейчас для него намного более доступна – если очень хочется, туда можно слетать на каникулы, но при этом Стена никуда не денется – она существует всегда и везде, даже на Луне. Какая польза от таких книг тому, кто окружен Стеной?

Само название, Стена, было придумано отнюдь не самим Робертом, он прочитал его в одной из книг, появившихся в устройстве для чтения в тот памятный вечер. Стена окружала не только его, были и другие, со своими Стенами – Стены всегда персональны и одна никогда в точности не повторяет другую. В книге был и другой термин, «берлога» или «логово», но это явление было гораздо более безобидным и представляло собой место обитания хакера (или еще какого-нибудь нерда), уютное, как нора Бильбо Бэггинса из повести «Хоббит, или Туда и обратно». Из берлоги можно иногда выглядывать наружу, а в некоторых случаях из нее, наконец, могут и вытащить, но если берлога окружена Стеной, то какой в этом смысл? Стена – это гораздо более страшный артефакт. Внутри Стены не происходит ничего.

Фольклор нердов, который Роберт изучил, еще будучи в Зеленом Союзе, утверждал, что девушек не бывает и весь опыт Роберта говорил о том, что это правда. Разумеется, не в том смысле, что представительниц женского пола не существует вообще – в Северо-Западном университете девушек было примерно столько же, что и юношей, причем учились первые отнюдь не хуже вторых. Их не бывает внутри Стены, а на того, кто там обитает, они обращают не больше внимания, чем на призрака, невидимого, безмолвного и бестелесного – конечно, не на привидение из страшных рассказов про замки доброй старой Англии, ведь такого призрака, если бы он существовал, они замечали бы гораздо лучше.

Вспомнив о том, что с кресла рекомендуется иногда вставать, Роберт решил размяться, накинул куртку, прошел в спальню и, открыв дверь, вышел на балкон. Дождь на время перестал, ветер стих и сквозь облака даже проглядывало солнце. По парку гуляли студенты – по одиночке и, что гораздо хуже, парами. Молодой человек и девушка шли по дорожке, взявшись за руки, потом остановились рядом со старой липой, на которой еще осталось немного листьев. Роберт узнал их: Елена и Михаил, хорошие знакомые Александра и Ирины, оба живут здесь же, в доме «Вид на озеро». Молодой человек обнял девушку за талию, та обвила руками его шею и они стали целоваться. У них был прямо-таки неприлично счастливый вид. Роберт тяжело вздохнул и ушел с балкона. Протокол ничего не говорил о том, что в общественных местах комплекса не следует гулять, взявшись за руки, и целоваться, и это было одной из причин, по которой Роберт предпочитал заниматься в квартире.

Там, за Стеной, во Внешнем мире, есть жизнь – странная, непонятная и ничуть не похожая на то, что происходит внутри Стены. Там молодые люди того же возраста, что и Роберт, встречаются с девушками. Гуляют с ними по парку, взявшись за руки. Обнимаются и целуются. Некоторые, может быть, даже занимаются со своими подругами любовью. Другие, более отдаленные перспективы, такие как создание семьи, пока не слишком волновали Роберта, как, впрочем, и его ровесников снаружи Стены – в Зеленом Союзе, а тем более в Core в связи с возросшей продолжительностью жизни и, главное, активным долголетием, с этим никто не торопился. Но все это было там, снаружи, за Стеной. За широкими морями, за высокими горами, в далекой-далекой стране, куда ему, Роберту, никогда не попасть. А внутри не было ничего. Понять, что такое Стена, может лишь тот, кого она окружает. Можно истратить тысячи и тысячи страниц на описание отношений мужчины и женщины – но как описать ничто? Дни и недели, в которые не происходит ничего, месяцы, уходящие в никуда, годы, растворяющиеся в небытии? Пустошь реальности, безжизненная, как пустыня Мохаве после ядерной бомбардировки.

Конечно, мир, в который попал Роберт, был удивительным, прямо-таки волшебным. Может быть, в мире, где победили самого страшного зверя, терзавшего человечество – и победили, похоже, навсегда – научились ломать Стены? Роберт читал историю о том, что в этой реальности по крайней мере один раз Стену смогли разрушить – правда, снаружи. Может быть, в этом сказочном мире на такого молодого человека, как он, и могла бы обратить внимание некая абстрактная девушка, по крайне мере теоретически. Когда Роберт еще только приехал в университет, он осторожно взвесил эту мысль и уже решил что, наверное, стоит ее обдумать, но не успел, потому что устойчивость этой хрупкой умозрительной конструкции была нарушена появлением одной весьма конкретной представительницы прекрасного пола, прибывшей с Красной планеты.

Как известно, на Марсе нет автохтонной жизни, есть только колонии, основанные Core, и уж, конечно, нет туземных принцесс – и все-таки одна прекрасная марсианская принцесса существует. Она учится чуть ли не лучше всех в университете и свободно говорит на четырех языках, два из которых для нее родные. Увидев результаты первой промежуточной оценки своих знаний в начале октября, Роберт чуть не запрыгал от радости. Он учился отлично – его оценки попадали в эту категорию с запасом. Александр и Ирина тоже учились великолепно – при таких высоких оценках разница уже мало что значила. Но Алиса училась еще лучше. Роберт не завидовал – он восхищался. Правда, сама Алиса говорила, что учиться в университете, приехав из Неприсоединившейся страны, намного труднее, чем прилетев с планеты, находящейся на переднем крае прогресса, и считала успехи Роберта более выдающимися, чем свои.

Она смогла за пару месяцев приспособиться к гравитации, более чем вдвое большей той, при которой она выросла. В будущем она, наверное, будет водить космические корабли (учитывая интерес Алисы к экспедициям для колонизации других небесных тел, это предположение было не таким уж невероятным), или даже, закованная в силовую броню, будет сражаться с врагами прогресса и нести свет Красной звезды к далеким мирам (врагов на других планетах, к счастью, не наблюдалось, но условия окружающей среды на них делали борьбу не менее сложной). Такой девушке не могут нравиться какие-то застенчивые нерды с маленького острова и уж конечно она не будет пытаться ломать Стену. Правда, она почему-то интересуется успехами Роберта в учебе, два раза приглашала его посидеть за чашкой кофе в «Амазонском кафе», а недавно еще и предложила стать ее партнером по игре в «мячик». И вообще Алиса явно относится к Роберту очень хорошо. Зачем она очень осторожно и аккуратно, но очень настойчиво принялась вытаскивать его, Роберта, из уютного логова на втором этаже «Вида на озеро»? Не может такого быть, чтобы он понравился Алисе. Не бывает же...

А еще она красивая и у нее чудесные серо-зеленые глаза, в которые хочется посмотреть ... но нельзя, вдруг она догадается, что симпатична Роберту? Она, наверное, рассердится и получится уже не волшебная сказка. Это в сказках благородные рыцари спасают принцесс от кого-нибудь, например, от драконов. Больше того, в сказках рыцари еще и целуют принцесс. Нет, тут же решил Роберт, про данную конкретную принцессу в этом плане лучше даже не думать – она, скорее всего, обидится. А с марсианской принцессой, которая может похвастаться кибернетическими усовершенствованиями, носит силовую броню и учится почти лучше всех в университете, шутить не стоит. Рассердится, и кто кого тогда будет спасать – дракон рыцаря?

Роберт еще раз тяжело вздохнул. Лучше почитать про задачу коммивояжера и классы сложности алгоритмов – разобраться в них будет, пожалуй, проще, чем в проблеме Стены...

Может быть – 2, или План с элементами заговора

Еще раз сделал Клапауций дракона вполне невероятным; интенсивность импоссибилитационности стала столь высокой, что пролетавшая бабочка принялась передавать азбукой Морзе вторую «Книгу джунглей», а среди скальных завалов замелькали тени колдуний, ведьм и кикимор...

С. Лем. «Кибериада. Путешествие третье или Вероятностные драконы»


Холодная, как и всегда в этих краях, осень не всем казалась какой-то неприятностью, в особенности Алисе, которая привыкла, что за пределами купола бывает не просто холод, а еще и совершенно непригодная для человека атмосфера (пока!).

Алиса, проснувшаяся, как обычно, поздно (она почти никогда не ходила куда-то рано утром и совершенно не понимала, зачем это вообще следует делать), немного повалялась в постели и почитала последние новости (первая фаза строительства базы на Титане в самом разгаре!) и сообщения в университетском клубе, встала, почистила зубы и приняла душ.

– Ты отлично выглядишь! – похвалила она свое отражение в зеркале и приступила к небольшому комплексу гимнастических упражнений для прибывших с планет с пониженной гравитацией.

После этого Алиса проверила показания медицинских нанороботов – результаты диагностики были в полном порядке. Чудесные запахи, распространяющиеся по квартире, говорили о том, что завтрак подоспел вовремя.

За завтраком Алиса, имевшая привычку читать и во время еды («это наследственное» – говорила она), продолжила просматривать новости, в особенности заинтересовавшись планируемой Стражами Прогресса операцией «Красная молния». Теперь можно было приступать к занятиям. Алиса изучала тот же самый курс по алгоритмизации, но она нередко предпочитала заниматься не в комнате, а под куполом «Тропиков». Там, как и полагалось, было тепло, а добраться до купола можно было по крытым переходам, поэтому Алиса надела рубашку-поло, легкие светлые брюки и куртку, которая требовалась лишь для перемещения по переходам, и, напевая под нос слова старинной песни: «миру мы несем рассвет Вселенной», отправилась в «Тропики».

Через десять минут она уже сидела за столиком в одном из уголков парка, в уютном плетеном кресле с мягкими подушками, повесив куртку на вешалку. То, о чем рассказывалось в начальной части курса, рассчитанной на ближайшие недели, Алиса в общем и целом знала и забежала вперед в поисках все тех же интересных задачек, позволяющих хорошенько поупражнять серое вещество.

Закончив читать очередной раздел, Алиса встала с кресла, как следует потянулась и сделала несколько гимнастических упражнений. Она никогда не пренебрегала периодической разминкой – не обязательной (есть же медицинские нанороботы), но рекомендованной, в особенности для прибывших с планет с меньшей гравитацией (даже если они – киборги).

В отличие от Роберта, пытающегося сейчас, подобно легендарным хакерам, заниматься проблемами компьютерной науки все время, свободное от сна и приемов пищи, и от существовавших до Битвы Битв жадных и глупых капиталистов, которые хотели, чтобы работники производили «информационный продукт» по восемь часов в день, Алиса знала, что эффективно заниматься одной и той же напряженной умственной работой больше четырех-пяти часов в сутки невозможно – по крайней мере, больше двух-трех дней подряд – и предпочитала чередовать виды деятельности.

После этого Алиса взяла из автомата по раздаче напитков стакан с соком, вернулась в кресло и снова взяла в руки портативный терминал, который сопровождал ее практически всегда. Привезенный с Марса, он представлял собой хорошо защищенное устройство, способное работать и в вакууме, и на глубине нескольких метров под водой – весьма полезные свойства, учитывая привычку его хозяйки читать везде, в том числе за едой или даже принимая ванну.

Теперь на экране терминала перед Алисой возник План. Тот, к кому предполагалось применять План, пребывал в неведении относительно его существования, но сейчас он прочно занимал мысли Алисы. За время, проведенное в университете (и на Земле), Алиса успела найти хороших друзей (не зря она пришла на ту выставку еще перед началом занятий!), и один из них оказался очень интересным молодым человеком, обладавшим весьма привлекательными качествами (о которых, похоже, не догадывался сам).

Во-первых, Роберт умный и талантливый. Алиса видела оценки Роберта за промежуточные экзамены и, хотя ее собственные оценки были еще выше, Роберт – из неприсоединившейся страны, студентам оттуда учиться намного сложнее, чем ей, готовившейся к учебе в университете не один год. Он эрудированный и начитанный – для приехавшего из Зеленого Союза это просто удивительно, ведь многие области знаний там непопулярны. А Роберт к тому же интересуется тем же, чем и она, – это снова удивительно, но очень приятно – скучно с ним не будет.

А еще Роберт – очень симпатичный молодой человек. Операция пошла ему на пользу и выглядит он сейчас очень неплохо. Вот если бы он еще не полагался целиком на нанороботов и хотя бы иногда прислушивался к рекомендациям врачей... И у него красивые серые глаза – такие глаза пойдут, например, навигатору межпланетного корабля, бесстрашно смотрящему на россыпь звезд на экранах внешнего обзора ... вот только заглянуть в эти глаза не удается, потому что их владелец сразу же старается куда-нибудь спрятаться и сделаться как можно незаметнее. Потому что один недостаток у него есть – он очень стеснительный и очень застенчивый. Конечно, судя по тому, что написано в «О практике извлечения...», бывает хуже, и намного. Но главное – он, похоже, окружен Стеной.

Алиса знала о существовании Стен, но понятия не имела, есть ли у нее способности к их разрушению. Конечно, теперь, в мире после Битвы Битв Стены иногда удается ломать, но очень многое зависит от той (или того – у представительниц прекрасного пола Стены тоже встречаются), которая будет пытаться проникнуть внутрь. Хуже того, предсказать реакцию того, кто живет за Стеной, очень сложно. И есть только один способ проверить все это – попробовать разрушить Стену!

Это в сказках прекрасные принцы спасают не менее прекрасных принцесс от драконов. А здесь (если использовать сказочную терминологию) – принц, на котором, можно сказать, лежит заклятие и теперь эти чары нужно снимать, не зная точной магической формулы. Хорошо хоть драконы под ногами не путаются. А принцессе (или волшебнице), даже если она киборг с Марса, носит силовую броню и учится почти лучше всех в университете, хочется, чтобы после победы в нелегком сражении (даже если пока это битвы с интересными задачами из учебных курсов) ее обняли, поцеловали... Но принца заколдовали так, что он, похоже, боится принцесс больше, чем драконов, и до поцелуев надо будет добираться дольше, чем до Марса. Куда там жалким десяткам миллионов километров и месяцу пути... Стена!

Задача выглядела настолько грандиозной, что Алиса уже решила – приводить план в исполнение в одиночку слишком сложно. Вскоре в «Тропики» должны были придти Ирина и Александр, с которыми собиралась встретиться Алиса – но без участия Роберта, который пока не должен был ни о чем догадаться. Через некоторое время Алиса задумчиво смотрела на рисунок на экране терминала, а на столе стоял уже наполовину опустевший стакан с соком.

Рядом со столиком росло невысокое, но раскидистое дерево с толстыми ветвями. В листве мелькнул желто-коричневый мех с черными пятнами и на спинку соседнего кресла после изящного прыжка приземлилась Клео.

– Здравствуй, Клео! – сказала Алиса и погладила кошку.

Клео довольно замурлыкала и улеглась на спинке кресла, свесив вниз роскошный, длинный хвост.

Позаниматься в «Тропиках» несколько часов подряд так, чтобы ничто не отвлекало, не удастся. Со стороны водоема доносились веселые голоса и смех, потом раздался довольный визг, сопровождаемый плеском воды. Клео пошевелила ушами, замерла и прислушалась.

– Не беспокойся, Клео, – сказала Алиса, – тебя никто не будет спихивать в бассейн ... и меня тоже.

С Ириной еще нужно будет договориться про занятия плаванием. Она уже приглашала Алису в бассейн – прибывшим с планет с пониженной гравитацией иногда полезно поплавать, чтобы снять нагрузку с усталой спины. Книги с описаниями техники – это хорошо, но когда рядом с тобой кто-то, кто чувствует себя в воде, как рыба, – еще лучше.

В это время на дорожке парка как раз появилась Ирина, шедшая из студенческой лаборатории робототехники.

– Привет, Алиса! Кажется, я вовремя. Саша подойдет через несколько минут.

– Привет, Ира! – ответила Алиса.

– Привет, Клео! – Ирина погладила мурлыкающую кошку и посмотрела на рисунок на экране терминала Алисы.

– У тебя слишком задумчивый вид, – заметила Ирина, – такое ощущение, будто тебе поручили помогать Стражам Прогресса в разработке операции «Красная молния».

– Хуже, – сказала Алиса, – «Красная молния» уже давно спланирована и вообще довольно стандартна. Там классическая революционная ситуация, хорошо описываемые теорией настроения и движения масс, прекрасно подготовленная революционная организация. Про «Красную молнию» поэтому все заранее и знают, потому что шансов у действующего правительства нет никаких. А мне приходится планировать в условиях недостатка информации и невозможности нормально использовать статистику – действия отдельных личностей она предсказывает плохо. И моя задача намного более старая и не имеет решения в общем виде.

– Похоже, ты продолжаешь вытаскивать кое-кого из берлоги.

– Да. Ох и тяжкая это работа... К тому же я не совсем уверена.

– В чем?

– В условиях задачи. Как известно, самый худший вариант – когда девушке нравится молодой человек, а она ему – нет, или наоборот. В конце концов эта печальная ситуация становится известна обоим, пострадавшие отпаиваются успокоительными и антидепрессантами... Грустная история, повторяющаяся на планете уже многие века.

– Насколько я могу судить, это не твой случай. Саша, кстати, тоже так думает. Просто Роберт очень застенчивый. А ты не знаешь, как он украдкой на тебя смотрит, когда ты не видишь – и он думает, что никто не видит.

– Я, пожалуй, тоже чувствую, что это не мой случай, – ответила Алиса, – но Роберт действительно такой застенчивый и стеснительный, что он ничего не делает и я уже начала сомневаться, проявляет ли он ко мне какой-то интерес. Или я ему нравлюсь, но он боится, что не нравится мне.

– По-моему, он должен был догадаться по некоторым твоим знакам внимания, – заметила Ирина.

– Стена, – сказала Алиса, – те, кто окружен стеной, могут не замечать даже явные намеки.

– Стена? – несколько удивленно спросила Ирина, – настоящая? Значит, они бывают?

– Бывают. Так что мало вытащить Роберта из его берлоги – нужно еще и сломать Стену. И, по плану, пора осторожно попробовать ее на прочность, одновременно с дальнейшим извлечением из логова.

– Может, Стена сама развалится? – предположила Ирина.

– Вряд ли, – вздохнула Алиса, – и тогда придется еще и уворачиваться от обломков. И возможны варианты, что я ему нравлюсь и он догадывается, что нравится мне, но боится, что я об этом догадываюсь. Или догадывается, что я догадываюсь о том, что он боится, что я догадываюсь о том, что я ему нравлюсь и что он догадывается о том, что нравится мне – и боится дальше.

– Алиса, у тебя стек не переполнится? – шутливо спросила Ирина29.

– Не исключено... – задумчиво ответила Алиса, глядя на Клео. Та наклонила голову и негромко мяукнула в ответ.

– А что с извлечением из берлоги? На игру в «мячик» ты его уже пригласила.

– Да. Это был довольно опасный ход, но он удался.

– Опасный? – удивилась Ирина.

– Конечно. Вытаскивать из берлоги нужно настойчиво, но аккуратно, не торопясь, – а то напугаешь вытаскиваемого, он забьется обратно в самый дальний уголок, и придется начинать все с начала.

– Да, в «О практиках извлечения...» про это написано. Правда, Саша никуда не забился.

– У тебя, судя по тому, что ты рассказывала, несколько экстремальный подход, – заметила Алиса, – такой можно применять только к тем, у кого берлоги неглубокие, и то рискованно. И уж точно не к тому, кто окружен Стеной.

– Зато результат виден незамедлительно, – сказала Ирина, – а какой следующий пункт плана по извлечению?

– В-первых, надо, чтобы Роберт не передумал насчет игры. Ему полезны физические упражнения, независимо от моего плана. А во-вторых, скоро же праздник.

– Праздничная вечерника после официальной части? А это отличная возможность для более решительных действий!

– Если Роберт на нее пойдет, – заметила Алиса.

– А он может не пойти? – удивилась Ирина.

– Может. Стена же! На официальную часть он, конечно, придет, но потом может сбежать. И я хочу попросить вас с Сашей проследить, чтобы этого не случилось.

– Обязательно проследим. А ты думаешь, он настолько стеснительный, что попытается?

– Я в этом практически уверена.

– Интересно, а Елена Сергеевна не может что-нибудь посоветовать? Ты с ней беседовала?

Университетского психолога все студенты называли по имени и отчеству, по старой местной традиции. Многие спрашивали у нее совета, но среди посетителей анонимного раздела, посвященного личным отношениям, таких было немного.

– Беседовала, – ответила Алиса, – Елена Сергеевна – чудесная женщина, и она, конечно, знает о Стенах и вынужденном одиночестве. Роберту с ней поговорить тоже не мешало бы, но ведь он не пойдет... Кое-что она мне посоветовала. Но, как ты наверное догадываешься, у меня есть и другие источники, – и они успели забыть о таких вещах больше, чем знает наш психолог. И у нее несколько радикальный взгляд на разрушение Стен.

– А что – Стены, наверное, можно ломать одним ударом – сразу вдребезги.

– Вот-вот, у тебя такие же наклонности. Но в «О практике извлечения...» сказано, что с молодыми людьми высокой степени застенчивости так поступать не следует. Их нужно вытаскивать из берлоги постепенно! Так что лучше я все буду делать по плану – главное, чтобы Роберт не сбежал после праздничного ужина.

– Не сбежит. Кстати, про ужин – ты мне напомнила, что у меня есть хорошие новости про Лену и Мишу с третьего этажа.

Ирина любила рассказывать новости про знакомых, особенно если эти новости – хорошие.

– Когда я видела их последний раз, они выглядели ... влюбленными – заметила Алиса, – а какие новости?

– Вчера они устроили романтический ужин.

На первом этаже «Вида на озеро» было несколько уютных уголков со столиками для двоих, похоже, предназначенных, как раз для таких случаев.

– Романтический ужин, – сказала Алиса несколько мечтательным тоном, – это хорошо ... но путь к нему долог, труден, извилист и прегражден Стеной – если он вообще есть.

– А потом ужин неожиданно, но плавно перешел в романтический завтрак, – продолжила Ирина.

– Неожиданно, – сказала Алиса, – вот что бывает, – шутливо-лекторским тоном заметила она, – когда молодые люди недостаточно хорошо понимают необходимость планирования.

Клео, внимательно слушавшая Алису, наклонив голову на бок, пошевелила ухом и мяукнула.

– Так что на нашем курсе появилась еще одна счастливая пара, – закончила Ирина.

– Это здорово, – согласилась Алиса, – и я за них очень рада. Хорошо тому, у кого на пути нет Стен...

– А вот и Саша, – сказала Ирина, заметив Александра, идущего по дорожке к столику, одетого в майку и джинсы – похоже, надевать куртку при перемещении по крытым переходам он считал излишним.

Александр поприветствовал девушек и, взяв из автомата стакан сока, сел на диванчик и уже собрался попробовать напиток, но в этот момент Клео совершила точно рассчитанный прыжок с кресла, приземлившись на лежащие на диване подушки. Клео посмотрела на Александра, забралась ему на колени, немного потопталась, потом перешла обратно на подушки и, довольно мурлыкая, улеглась на них.

Александр почесал кошку за ухом и спросил Алису и Ирину:

– Девушки, вы можете объяснить, почему всякий раз, когда поблизости от меня оказываются представители семейства кошачьих, они забираются ко мне на колени и начинают по мне ходить?

– Потому что ты очень положительный, – сказала Ирина, пересев на диванчик рядом с Александром и обняв его за плечи, – и притягиваешь кошек... и не только кошек.

– Наверное ты права. А о чем вы беседуете?

– О другом очень положительном молодом человеке, – ответила Алиса.

Следующие несколько минут были посвящены обсуждению того, каким образом предотвратить бегство этого безусловно положительного, но очень стеснительного молодого человека с неофициальной части праздника.

– Главное, соблюдать осторожность, – сказала в заключение Алиса, – а то кое у кого есть склонность к решительным действиям.

– Есть-есть, – подтвердил Александр, – Хорошо, что я – обитатель берлоги из Западно-Сибирского сектора, устойчивый к потрясениям.

– Я буду осторожна, как Клео, пробирающаяся по тонким веткам, – сказала Ирина, – Алиса, а у тебя есть, что надеть на праздник? – спросила она.

– У меня есть платье, сшитое по заказу специально для таких торжественных случаев – но танцевать в нем тоже можно.

– Думаешь, Роберт пригласит тебя на танец?

– Нет, конечно, – возразила Алиса, – я сама его приглашу. Надеюсь, что тогда он уже никуда не сбежит...